Музыка и стихи суфиев

Музыка и стихи суфиев

Музыка и стихи суфиев
Когда суфия распяли за то, что он провозглашал себя Богом, его взяли на небо. Спустя несколько лет, один странник, ставший свидетелем смерти суфия, умер, и его взяли в рай. Он увидел суфия в раю и спросил Бога: «Господи, скажи, почему этот суфий в раю, а фараон, который тоже называл себя Богом, горит в аду?» Бог сказал: «Твой фараон, говоря, что Богом является, имел в виду себя, а суфий, провозглашая себя Богом, думал обо мне».

 Эта суфийская притча во многом открывает нам загадку суфиев, их мировоззрение, их культуру. Если вы хотя бы незначительное представление имеете о суфизме, то вам должно быть известно, что в духовности, в постижении духовного, музыка для суфиев является неотъемлемой частью их души.

 Слушая музыку суфиев, постигаешь их самые сокровенные тайны. И слов не нужно, музыка всё скажет сама. Если вы не слышали музыку суфиев, вы очень многое потеряли. Особая школа, где обучаются суфии, читши, наполнена атмосферой, в которой растворён магнетизм и гармония. Просветлённые души суфиев излучают умиротворение и покой. Учитель, его называют шейх, занимает место в центре, остальные суфии расположились вокруг. Идёт прославление имён Бога, повторяются по очереди суры Корана. Своеобразное вступление, которое наполняет души гармонией, вселяя мир и покой. Обязательным является эзотерическое созерцание, называемое Зикром.

 Созерцая, суфий наполняется определённым настроем, даже ритм сердца вырабатывается особый. Все физиологические процессы в организме нормализуются, становясь равномерными. В определённый момент разум также получает определённый настрой, настрой музыкальный. Считается, что суфии могут достигать гармонии с любым человеком или животным. Музыка как бы переносит суфия в мир, где уже нет различий между предметами, людьми и животными. Всё становится музыкой, музыка становится всем.

У суфиев разные ступени прогресса. И даже стихи, которые поют каввалы, различаются. Есть стихи, для которых основой служит красота. Это ступень Фана-фи-Шейх. Здесь, на данной ступени дозволено пребывать тем суфиям, которые лицезреют божественное, как идеал. Но есть такие стихи, основной мыслью коих является прославление идеала, который в имени, нежели в форме. На этой ступени, Фана-фи-Расул, суфий ещё не видел идеал, и даже голос не слышал, но он любит идеал, потому что знает, что идеал только один. И он идёт к тому, чтобы услышать идеал.

 Существуют стихи, основой которых стало повествование об идеале, намного превышающем, как имя, так и форму. Здесь ступень Фана-фи-Аллах. Осознание идеала, осознание повествования об идеале. Они поют про идеал, который превыше имени, превыше формы.

 Что же такое - стихи суфиев?

Они могут стать музыкой, могут стать стихами, могут стать созерцанием. Искусство или музыка в них? Ведь просто песней такое нельзя назвать. Возможно, музыка является тем же, чем для христианина является молитва. Но она намного глубже, проникновеннее. При помощи музыки у суфиев вырабатываются своеобразные, можно сказать, идеальные, видения в личном воображении, причём из личного оно плавно переходит в общее.

 Для суфиев Бог всегда остаётся, неизменно идеален. Он трансформируется в суфия во время пения, становясь на это время суфием. Суфий не может не любить Бога, ведь его сердце наполнено преданностью и любовью. Осознавая себя как человека, суфий остаётся человеком, но, осознавая свой высший идеал, суфий становится Богом.

Чишти - особая школа суфиев - специализируется на музыке. Суфии называют ее Гиза-и-Рух - «пища души» и слушают каввали - особые песни, поющиеся на сама - собрании для медитации под музыку. Кажется, что там проявляется такой потенциал жизни, какой редко встречается где-нибудь еще. Атмосфера насыщена магнетизмом, гармонией и миром, которые излучаются присутствующими просветленными душами. Шейх - учитель - сидит в середине, другие суфии - вокруг него, они озвучивают одно за другим священные имена Бога и по очереди повторяют суры Корана. Это - вступление, призванное настроить сердце каждого присутствующего на нужный тон, тогда как сердца эти уже подготовлены Зикром - эзотерическим созерцанием.

 Этот метод созерцания задает сердцу ритм, который даже кровообращение делает равномерным, пульс и все процессы, происходящие в организме, становятся ритмичными. Когда ум также настраивается на ритм, пробуждаясь и отвечая на тон, все существо суфия становится музыкальным. Вот почему суфий способен достичь гармонии со всеми и каждым. Музыка делает все сущее живым для него, делает его живым для всего сущего, он начинает осознавать, насколько мертва жизнь многих в этом мире и сколь многие мертвы для этой жизни.

 Есть разные ступени прогресса, и стихи, которые поют каввалы, тоже разных типов. Некоторые из этих стихов ценны красотой того идеала, которым наслаждаются суфии ступени Фана-фи-Шейх. На этой ступени пребывают видящие божественную эманацию как идеал, ходящий по земле.

 Есть стихи, говорящие о высоких достоинствах «идеала-в-имени-а-не-в-форме», который приемлем для тех, кто достиг ступени Фана-фи-Расул. Они не видели идеала, не слышали его голоса, но они знают и любят этот идеал, который, насколько им это известно, один лишь существует.

 Кроме того, есть стихи, повествующие об идеале превыше имени и формы. Эти стихи близки достигшим ступени Фана-фи-Аллах. Они осознают свой идеал, пребывающий превыше имени и формы, свойств и достоинств, не могущий быть заключенным ни в какое знание, пребывающий вне всех ограничений. Порой идеал описывается в стихах такими эпитетами, как сладость голоса, красота лица, грациозность движений; применяется прием восхваления, перечисления достоинств, качеств, чарующих характеристик идеала. Есть стихи, которые живописуют любящего, его невыносимые страдания в разлуке, его заботливость в присутствии объекта своей любви, его самоуничижение, его зависть и ревность и все естественные перипетии, происходящие с влюбленным человеком. Это и поэзия, и музыка, и искусство вместе взятые. Это не просто песня - она создает целое видение в царстве музыки, в уме суфия, способного визуализировать ее, противопоставляя позитивному окружению. Иными словами, суфий вырабатывает это идеальное видение в своем воображении с помощью музыки.

 В каввали выражена природа любви, любящего и возлюбленного. Тем самым поэзия суфиев превосходит все песни о любви, известные миру, ибо в ней суфий раскрывает тайну любви, любящего и возлюбленного - три в одном. Кроме присутствующей там философии всего сущего, мы можем постичь утонченность и сложность их поэзии, богатой конвенцией и украшенной метафорой. Хафиз, Руми, Джами и многие другие суфийские поэты выражали тайну внутреннего и внешнего бытия, применяя терминологию любви.

 Каввалы - певцы - отчетливо произносят каждое слово песни, чтобы оно было ясно слушателям, чтобы музыка не скрыла поэзию, а музыканты, играющие на табла1 и аккомпанирующие пению, выделяют акценты и держат ровный ритм так, что существо суфия, всегда настроенное на музыку, объединяется с ее ритмом и гармонией. В этом случае состояние суфия меняется. Его эмоциональная природа разворачивается в такие мгновения в полную силу, его радость и чувство не могут быть выражены - язык недостаточен для их отображения. Это состояние именуется Хал, или Ваджад - священный экстаз, и все присутствующие в собрании относятся к нему с уважением. Ваджад означает «присутствие», Хал - «состояние».

 Это состояние экстаза ничем не отличается от того естественного состояния, которое человек испытывает, когда его до глубины души трогает доброе слово или когда он до слез взволнован расставанием с тем, кого он любит, если объект его любви уезжает, или же когда он переполнен радостью при встрече с долгожданным любимым существом.

У суфия то же чувство становится священным, его идеал более высок.

 Паломничество - это обычное путешествие, и единственное, чем оно отличается, - целью. В случае простого путешествия - цель земная, паломничество же осуществляется во имя священной цели. Порой, услышав музыку, суфий чувствует себя глубоко тронутым, иногда это чувство находит выход в слезах, иногда все его существо, наполненное музыкой и радостью, выражает его в движении, которое в суфийской терминологии называется Ракс.

 Когда человек подвергает анализу окружающий его объективный мир и осознает внутреннее существо, то первое и последнее, что он узнает, - то, что все видение жизни создано любовью: любовь - это сама жизнь, и все со временем будет поглощено ею.

 Только тот является любящим Бога, чье сердце наполнено преданностью, тот, кто способен общаться с Богом, но только не тот, кто посредством своего интеллекта пытается анализировать Бога. Иными словами, только любящий Бога может общаться с Ним, но не изучающий Его природу. Разделяют нас «я» и «ты», и те же самые «я» и «ты» являются необходимым условием любви. Несмотря на то что «я» и «ты» делят нашу жизнь на две части, любовь соединяет их током, который устанавливается между ними; именно этот ток, называемый причастием, проходит между человеком и Богом. На вопросы «Что есть Бог?» и «Что есть человек?» ответ один: душа, осознающая ограниченность своего существования, есть «человек», а душа, отражающая видение беспредельного, есть «Бог». Проще говоря, самосознание человека есть человек, а осознание человеком своего высшего идеала есть Бог. Через причастие две эти ипостаси становятся одним во времени, тогда как в реальности они уже являются одним. И все же радость причастия даже выше радости единения, ибо всякая радость жизни пребывает в мысли о «я» и «ты». Все, что человек считает красивым, ценным и хорошим, не обязательно должно быть заключено в вещи или в существе - оно содержится в его идеале. Вещь или существо побуждает его создавать красоту, ценность и добро в своем собственном уме. Человек верит в Бога, делая Его идеалом своего почитания, чтобы у него было с кем общаться, на кого он мог бы смотреть снизу вверх, на кого он мог бы положиться с абсолютной уверенностью, веря, что Он пребывает над этим ненадежным миром, что от Его милосердия можно зависеть, видя повсюду один лишь эгоизм. Этот идеал, будучи воплощен в камне и помещен в святилище, называется идолом Бога. Когда тот же самый идеал поднимается на высший план и помещается в святилище сердца, он становится идеалом Бога, с которым общается верующий и в созерцании которого он пребывает в счастье настолько, насколько это возможно в присутствии Властелина всей Вселенной.

 Когда такой идеал поднят еще выше, он открывается в реальность и свет реальности становится явным для почитающего Бога. Бывший ранее верующим отныне становится осознающим Бога.