Отрицание случайности в учении Гурджиева

Отрицание случайности в учении Гурджиева

Убежденность в случайности происходящего - страшное преступление. Наказание за него - скрытие Божественной воли, в результате чего рождается ощущение отсутствия цели и бессмысленность всего, даже собственной жизни. Самое страшное преступление - убежденность, вера в случайность происходящего с нами, а самое страшное наказание, которое посылает Всевышний Своему народу за прегрешения - «случайность»: скрытие Божественной воли, в результате чего рождается ощущение отсутствия цели и бессмысленность всего, даже собственной жизни.

Случайность называется скрытием Лица: человеку кажется, будто Владыка мира отвернулся от Своего творения, как бы говоря: «Пусть будет как будет». И тогда торжествует зло.

Уверенность, вера в неслучайность происходящего подталкивает к поиску причинно-следственных связей, и помогает человеку добраться до первопричины. Случайность - обман зрения, заставляющий думать, что существуют процессы, не подчиненные Высшей воле и развивающиеся в соответствии с чьим-то желанием, не соответствующим Б-жественному плану. 

Мировосприятие, основанное на представлении о случайности,- корень всех грехов. «Нет суда и нет судьи, каждый делает, что хочет»,- думает человек, поверивший в случай…

…Если вы откажетесь от представлений о случайности - удостоитесь любви. А там, где любовь,- там прощение…

Святая святых, где все подчинено единству, распространяет в мире любовь - противоположность случайности. Там, где случайность, нет любви. Образом любви являлись находившиеся над крышкой Ковчега Завета два золотых ангела из золота с женским и мужским лицом, которые с великой любовью смотрели друг на друга, распростирая крылья над крышкой.

Отрицание случайности в учении Гурджиева

Что же лежало в Ковчеге Завета? Скрижали с начертанными на них десятью заповедями и свиток Торы, написанный рукой Моше. Тора раскрывает человеку любовь Всевышнего и приводит его к раскаянию: чем он больше постигает Творца, тем сильнее сожалеет о своей неблагодарности по отношению к Нему. Чем полнее знание Торы, тем полнее любовь ко Всевышнему, а там, где проявляется любовь к Творцу,- там и любовь к Его творению.

«Возлюби ближнего своего как самого себя - это самое общее правило Торы»,- сказал Рабби Акива. Из этого правила вытекают все заповеди: как те, которые связывают человека и человека, так и те, которые связывают человека и Всевышнего. Любовь - она и есть любовь. И она доступна только тому, кто подобен ангелам Ковчега Завета. Талмуд утверждает, что не было на свете большей любви, чем любовь пастуха Акивы (впоследствии ставшего Рабби Акивой) и Рахели, дочери одного из трех крупнейших иерусалимских богачей Калба Савуа.

Не было на свете человека, который бы постиг глубины Торы полнее, чем Рабби Акива, и не было женщины, которая заботилась бы об обогащении духовного мира любимого больше, чем дочь Калба Савуа, ждавшая своего мужа 24 года: пока он не обрел знания, более глубокие, чем все, кто жил до него и после. Рабби Акива подарил жене в знак любви золотой Иерусалим - украшение, которое самые богатые девушки надевали как корону.

Это украшение было миниатюрной копией святого города с возвышающимся в его центре Храмом, который связывает в единое целое все противоположности в мире и, прежде всего, небо и землю. Когда жены других мудрецов спрашивали, почему же они не получили в подарок ничего подобного, они слышали в ответ: «А разве вы сделали что-либо подобное тому, что сделала жена Рабби Акивы?»

Когда стоит Храм, каждый находит свою пару в мире гораздо легче, быстрее и безошибочнее, чем это происходит в те времена, когда Храма нет. Одна римская дама спросила Рабби Акиву: «А чем занимается Вс-вышний после того, как он сотворил мир?» Ответил ей Рабби Акива: «Сидит и подбирает пары». Госпожа подумала, что и она может делать то же самое, и попробовала, по своему усмотрению, переженить своих рабов. На следующий же день она поняла свою ошибку.

Первосвященник не может войти в Святая Святых, если он не женат. Ведь, тогда он сам - воплощение случайности: пазл не сложился, половина не найдена - нет для него гармонии и любви. Как же он даст гармонию и любовь другим? Нет, первосвященнику, не нашедшему своей половины, нельзя заходить в Святая Святых.